Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
Остров диких мустангов
 
На одном из островов соленого озера Маныч-Гудило, который называют то Водный, то Южный, обитают дикие донские мустанги. Попасть на остров несложно. Три часа езды от областного центра - Ростова до Орловского района по укатанной, асфальтовой дороге, а затем еще с километр придется проплыть на лодке по воде.

...И вот мы на острове диких мустангов. Бесконечная ковыльная степь. Над поблекшей травой носятся куропатки. Небо здесь не то что в городе, оно кажется особенно голубым и прозрачным, будто застыло от осенне-зимней тоски.

Кто раньше здесь бывал, рассказывают, сколько километров им приходилось пройти, чтобы встретиться наконец-то с табуном лохматых, неухоженных, бросающихся на людей одичавших лошадей. Все-таки остров - это не зоопарк и не конюшня, здесь лошадки на месте не стоят. Почуяв чужака, они тут же исчезают за горизонтом. И тогда - ищи ветра в поле.

Но, видимо, нам повезло. Не пройдя и километра, услышали отчетливое ржанье лошадей. Сухой удар копыт, храп вздернутых ноздрей и умный взгляд. Мустанги, не знающие седла и сбруи, мирно паслись. Но по мере того, как мы стали подходить к ним ближе, в табуне появилась нервозность. Вот один из жеребцов выбежал вперед и, будто защищая табун от чужаков, высоко задрал верхнюю губу и показал мощные белые зубы. Мы тут же отступили, вспомнив произошедший в этих краях случай, когда лошадь до смерти покусала человека.

Говорят, что это был жеребец как раз из этого табуна. Дело в том, что мустанги вынуждены довольствоваться лишь тем, что растет на острове. Летом проблем с кормом нет, а вот снежной зимой бывает крайне туго. В одну из таких зим, когда снег выпал по пояс, табун перешел по льду к колхозным скирдам. Некоторые из местных умников даже умудрились загнать лошадей в сарай. Рассказывают, что разозленный табун, не привыкший к неволе, разнес на пути все преграды и ушел на "свой" остров.

Говоря о темпераменте коней, его сравнивают с человеческим: меланхолический, флегматичный, холерический. Говорят, что темперамент лошадей не следует путать с их нравом, который проявляется в поведении. Так вот, судя по всему, донские мустанги - холерики и далеко не паиньки, нрав у них ох какой крутой. Можно сказать - буйный.

Никто точно не знает, когда донские мустанги появились на острове Водный. Предположений на этот счет существует немало. По одной из версий, лошади появились более 150 лет тому назад, когда в этих краях появился санаторий "Маныч". Кстати, сюда приезжали поправлять здоровье знаменитые писатели Антон Чехов и Федор Достоевский. В санатории пациентов лечили не только грязевыми солеными ваннами из озера Маныч, но и целебным кобыльим молоком - кумысом. Старожилы рассказывают, что якобы кобылиц на выпас отправляли на остров паромом. Табун рос, некоторые из лошадей, почувствовав свободу, уходили дальше на ковыльные просторы.

По второй версии, своих коней на острове бросили казаки, когда уходили в Гражданскую войну за границу. А некоторые, напротив, убеждены, что лошади на Водном обитают не более двадцати лет.

Дело в том, что этот остров в советские времена принадлежал госплемзаводу "Орловский" и использовался для выпаса табуна. Весной лошадей паромом доставляли на остров и возвращали лишь с наступлением холодов. Однако с годами завод захирел, и переправа перестала работать, а около сотни лошадей так и остались на острове. Вот от них якобы и ведут свое начало донские мустанги. Так это или нет, сказать сложно. Но в любом случае есть на Дону остров диких мустангов. И второго такого в России, пожалуй, больше нет.

Правда, в последнее время, по рассказам местных жителей, беспокойнее стало на заповедной, ковыльной земле. Все чаще стали появляться охотники, которые наведываются сюда за кониной.

Надо сказать, что казак и конь - истинные символы Дона. Многие столетия они здесь словно слиты воедино. Казаками и их кавалерией восхищались великие полководцы Суворов и Кутузов. В одном из своих рапортов 1783 года Суворов писал: "Храбрость, стремленный удар и нетомленность Донского Войска не могу довольно выхвалить". Донцы, отправляющие на службу, как правило, вели с собой двух лошадей.

Казаки в скакунах ценили не только резвость, нрав и телосложение, но даже масть. Воинам было небезразлично, на каком коне служить: их отбирали для воинских походов еще жеребятами, памятуя, что и лошадь красит седока. Вспомним, как описывал Михаил Шолохов в романе "Тихий Дон" формирование эскадронов: "В первую сотню отбирали светло-гнедых, Григория отбили в четвертую, где подбирались лошади золотистой масти и просто гнедой, в пятую - светло-рыжей, и в шестую - вороной".

Официально же датой возникновения донской верховой породы считается 1770 год, когда будущий герой Отечественной войны 1812 года Матвей Платов, участвуя в Русско-турецкой войне, пополнил свой конный завод трофейными животными. Здесь местных лошадей, в жилах которых текла кровь монгольских, туркменских, карабахских, орловских и других скакунов, скрещивали с арабскими, персидскими, турецкими, чистокровной верховой породами. В результате была создана порода знаменитых дончанок: кавалерийских лошадей, выносливых и крепких.

Потомки этих дончаков и пасутся сегодня на воле, на заповедном острове озера Маныч-Гудило.


Мария Бондаренко
Независимая газета

 
КОНЕтоп Rambler's Top100 Rambler's Top100 top 10 AllBest.Ru SUDAR