Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
История всадников
 
Мы пропустим несколько столетий в истории военной лошади. Скажем лишь, что все это время не раз менялся тип конницы, совершенствовались седла и стремена, появились шпоры. Всадники надевали латы и меняли их на легкие кольчуги, вместо мечей у них появились сабли. Чуть дальше мы еще вернемся к некоторым конникам, а сейчас перенесемся в страну, где лошадь значила больше, чем в какой-либо другой стране, в какое-либо другое время. Речь идет о стране, где жили народы, которых, как писал русский историк С. М. Соловьев, китайцы называли 'монгукулы ' и 'тата'. Впоследствии в России их стали называть монголами и татарами (надо помнить, что с современными монголами и татарами они ничего общего не имеют).

Это были кочевые народы, обладавшие огромными стадами коров и овец. Но особенно много имелось у них лошадей.

Монгукулы и тата не были мирными кочевниками. С раннего возраста всех ребятишек приучали к верховой езде - ну, это, может быть, и необходимо скотоводам. Но приучали их и к строгой дисциплине - ослушание правителя (хана) каралось смертью. Во время походов войско было разбито на десятки, они составляли сотни, сотни входили в тысячи, а тысячи объединялись в десятки тысяч - 'тьму'. За провинность одного воина казнили всю десятку, в которой он состоял, а за провинность десятки - сотню, к которой принадлежала эта десятка. Если один или несколько воинов из десятки попадали в плен, а остальные не отбили товарищей - всех оставшихся казнили.

Смолоду кочевников обучали тактике боя таким образом: во время 'ханских охот', которые объявлялись время от времени, молодые воины, развернувшись в степи и образуя круг диаметром в несколько километров, начинали сгонять все живое в центр. Гнали иногда несколько суток, при этом ни одно животное не должно было ускользнуть. Охотников, допустивших такую промашку, очень строго наказывали. Когда масса животных сбивалась в тесную кучу внутри сжимавшегося кольца конников, начиналось истребление. Животных били дубинами, рубили топорами и саблями.

Пока орды кочевников были разобщены, особых вылазок они не совершали. Но вот в начале XIII века хан Темучин начал борьбу с другими ханами, в конечном итоге подчинил их и назвал себя Чингисханом. И тогда монголы двинулись на завоевание других территорий.

Сначала они захватили Среднюю Азию, потом покорили Китай.

А через некоторое время... Да, это была вылазка, пока всего лишь вылазка: два отряда Чингисхана (тридцать тысяч всадников и сто тысяч лошадей) из Индии через Иран прошли на Кавказ, вышли к низовьям Дона, вдоль берегов Азовского моря добрались до Крыма, на обратном пути пересекли Днепр и Днестр и вернулись на родину. Весь поход занял два года. Путь этих отрядов - около десяти тысяч километров. Если учесть, что им постоянно приходилось преодолевать сопротивление местных жителей, то в среднем сто пятьдесят километров за сутки - скорость колоссальная. И это только благодаря лошадям: у воинов Чингисхана лошади были не только быстрые, но и очень выносливые. К тому же у каждого воина имелось по две-три запасных, которых он вел с собой.

Мы не будем описывать подробно, как происходило нашествие, или, точнее, нашествие монголо-татарских орд на Россию и Западную Европу. Скажем лишь, что нашествие под руководством Батыя началось в 1238 году. В 1239 году за один лишь месяц он захватил и разграбил четырнадцать городов, в том числе Москву, Владимир, Суздаль...

В 1241-м Батый взял Киев, в 1242-м разгромил войска венгерского короля, захватил Польшу и вторгся в Нижнюю Силезию. Путь дальше ордам преградили войска чешского короля Вячеслава. Но мы сейчас не разбираем подробно эти события - для нас важно, почему и как войска Батыя смогли так быстро продвигаться и так успешно сражаться. Ведь противостояли им тоже не новички в военном деле и за их плечами было немало героических дел и замечательных побед. И тем не менее... Да, тем не менее они были побеждены.

Конечно, имелись и привходящие обстоятельства - разобщенность и несогласованность, например, русских князей. Это играло, конечно, на руку захватчикам. На их стороне была железная дисциплина и отработанная тактика - охват с флангов, заманивание противника в глубь расположения своих войск, окружение. Они не сразу сходились с противником врукопашную - поначалу его осыпали градом стрел. Все это так. Но их главная сила - в лошадях.

Лошадей было много - летописцы пишут, что войско Батыя насчитывало триста тысяч. Что касается самого войска, то это явное преувеличение. Но лошадей могло быть что-нибудь около этого. Потому что у Батыя каждый воин вел с собой три, а то и пять запасных лошадей. Быстрота, маневренность, внезапность - сила, которая помогала в свое время скифам, помогла на этот раз и войску Батыя. Известно, что обозы, которые бывают в каждой армии, сковывают движение, мешают маневрировать. У Батыя не было обозов или, во всяком случае, были далеко не всегда: все, что нужно, воины везли в мешках, сделанных из шкур забитых или погибших лошадей. Еду с собой не брали: лошади были на подножном корму, воины же грабили местное население или забивали лошадей и ели конское мясо, пили кобылье молоко. Все это давало возможность войску за сутки преодолевать иногда по сотне километров и появляться в местах, где люди еще и не думали об их появлении.

Лошадь была основным фактором, давшим возможность ордам Батыя побеждать. Она была основным средством передвижения. К тому же во время походов кобылицы рожали жеребят, увеличивая тем и число коней, и потенциальный запас продовольствия. Лошади не требовалось запаса корма - она доставала себе еду даже из-под снега и довольствовалась мерзлой травой, зато сама она служила источником пищи для людей, поставляла материал для изготовления обуви, давала молоко, которое запасали в бурдюки, сделанные опять же из лошадиных шкур. Во время переправ через реки плоты клали на надутые воздухом бурдюки из лошадиных шкур, а плоты тянули лошади. И подгоняли их нагайками, сделанными из лошадиной кожи...

Дмитрий Донской, освободивший Русь от многолетнего монголо-татарского ига, уделял большое внимание лошадям. Готовясь к решительной битве, он завел полки, которые переняли опыт врага, стал разводить лошадей, которые могли соперничать с лошадьми степных народов. Правда, у русских конница была издавна. И сражалась она с разными кочевниками, и побеждала нередко в этих сражениях. Русские князья постоянно воевали друг с другом, мирились, потом снова ссорились. Так, например, в 1201 году, как сообщает летописец, полоцкий князь Брячислав напал на новгородцев и направился в обратный путь - к себе в Полоцк. Узнав об этом, киевский князь Ярослав Мудрый бросил в погоню за половчанами свое конное войско, догнал их на реке Судомирь и разгромил дружину Брячислава. От Киева до реки Судомирь примерно 800 километров. А прошли это расстояние киевляне за семь дней. Значит, делали в день примерно километров по 110-115. И с ходу вступили в бой. И победили.

Нет, неплохие были на Руси всадники, и кони были неплохие. Но с монголо-татарской конницей русская тогда сравниться не могла. Не случайно же все время господства захватчиков на Руси не известно ни одного случая, когда бы против них выступила русская конница. (Кроме самого первого сражения на Калке, когда русские князья потерпели поражение.)

И вот 8 сентября 1380 года. 'Вздымается конская грива... За ветром взывают мечи', - напишет потом, через несколько веков, Александр Блок о Куликовской битве. В ней выступило не менее двадцати тысяч русских кавалеристов. Русские разгромили врагов и преследовали их на протяжении пятидесяти километров.

Монголо-татарская конница - порождение бескрайних степей, вольных просторов. Быстрота, внезапность, маневренность - самые главные ее достоинства. В Западной Европе с ее пересеченной местностью на сравнительно небольшой территории формировалась другая конница, приспособленная к своим особым условиям.

Правда, это не мешало европейским конникам делать вылазки и за пределы Западной Европы и иногда даже одерживать победу. Но все-таки приспособлены они были главным образом для войн в Европе.

Речь идет о рыцарях. Не о рыцарях в переносном смысле этого слова, ставшего символом благородства, а о тех закованных в латы всадниках, которые появились в Европе примерно в VIII веке и просуществовали до XVI (хотя в последние века значение их сильно снизилось).

Впрочем, рыцари не всегда были закованы в латы. Это сейчас мы представляем их такими. А поначалу слово 'рыцарь' означало просто 'всадник' (от немецкого 'райтер'). На всаднике была толстая кожаная или льняная рубаха с нашитыми металлическими полосами. Такое одеяние у рыцарей существовало века четыре. Но в XI веке, после того как они вернулись из первого крестового похода (в крестовые походы рыцари отправлялись якобы освобождать 'гроб господний' из рук нечестивых, а на самом деле это была попытка завоевания чужих земель или, по крайней мере, разграбления их), они привезли в Европу новое одеяние - так называемую арабскую рубаху, или арабскую кольчугу, - одеяние, сплетенное из металлических колец. Под кольчугу надевался как бы комбинезон из стеганой материи, и в таком виде рыцарь чувствовал себя неуязвимым.

Но совершенствовалось оружие, и рыцари вынуждены были 'усиливать' свое одеяние - постепенно появлялись металлические наплечники и наколенники, потом - нагрудники и, наконец, - целиком металлическое одеяние. А в XV веке по приказу германского императора Максимилиана I были сделаны доспехи, так называемые максимилианские, которые сами по себе весили более 50 килограммов. А еще ведь и оружие!

Трудно приходилось лошадям рыцарей. И не только потому, что несли они на себе такую тяжесть (вместе со всадником - более 200 килограммов нередко приходилось тащить ей): ведь и сама она была закована в латы.

Рыцари воспеты в балладах, романсах, о них написаны книги. И всюду они - благородные, смелые, честные, добрые. Не отсюда ли - из романов и баллад - пошло представление о 'рыцаре без страха и упрека'? На самом деле это были люди жестокие и отнюдь не похожие на воспетых бардами. Они были жестоки и к людям, были жестоки и к лошадям.

Правда, своих боевых коней они берегли - во всяком случае, к месту сражения часто ехали на других, менее ценных лошадях. Но и боевых часто не щадили. Возьмем хотя бы шпоры. Ведь они были длиной до 20 сантиметров. И эти кинжалы рыцари втыкали в бока лошадям!

Сначала была у рыцарей одна шпора - на левой ноге. Этой шпорой рыцарь заставлял лошадь поворачиваться так, чтоб удобней было рубить правой рукой. Но во время крестовых походов пришлось обзавестись и второй шпорой - легкая кавалерия противника налетала то с одной стороны, то с другой - только успевай поворачиваться. Вот и приходилось пришпоривать лошадь то справа, то слева.

Кони рыцарей были сильными и выносливыми - какая же другая лошадь выдержит такого седока? Но это не была какая-либо определенная порода - породы тяжеловозов появились потом. Лошадей для рыцарей - наиболее рослых и сильных - отбирали у крестьян и держали в конюшнях при замках. Правда, пытались получить от них приплод - таких же крупных и сильных лошадей. Но это не всегда удавалось, хотя у знатных рыцарей к лошадям были приставлены специальные люди - маршалы.

О рыцарских конях позаботились монахи - вдохновители крестовых походов: они, тоже купая у крестьян наиболее сильных лошадей, выращивали их на монастырских землях, получали потомство, из большого количества молодых лошадей выбирали наиболее рослых и сильных и снабжали ими рыцарей.

Но и эти могучие лошади далеко не всегда выдерживали те испытания, которые выпадали на их долю.

Несколько веков рыцари разъезжали по Европе, делали вылазки в Азию и даже Африку, вторгались в новгородские и псковские земли, мечом и железом пытаясь насаждать католицизм, а главным образом - грабили и уничтожали русские города и селения. Но 'кто с мечом к нам придет, от меча и погибнет' - это сказано было в те самые времена, когда началось падение рыцарей. Первое сокрушительное поражение они потерпели в 1242 году на льду Чудского озера, а затем - во время Столетней войны Англии и Франции в битве при Креси в 1346 году - почти ровно через сто лет после Ледового побоища английские аркебузники расстреляли лучших рыцарей Франции.

Это, по сути дела, был конец рыцарей, а вместе с ним - новое возвышение пехоты. Особенно возросла ее роль после изобретения огнестрельного оружия. Конница с того времени становится уже не основным, а вспомогательным родом войск. Это не значит, что кавалерия совсем утратила свое значение, - во всех армиях мира были кавалерийские части, которые участвовали в сражениях и нередко решали их исход или, по крайней мере, значительно способствовали победе.

Мы не будем описывать здесь различные сражения, в которых на протяжении последующих веков участвовали кавалеристы. Лучше пофантазируем, помечтаем о таком времени, когда вообще не будет никаких сражений, никаких войн. И устроят люди смотр-парад кавалерийских частей, которые когда-то были, которые когда-то участвовали в сражениях, а сейчас остались они вот лишь для таких парадов.

Итак, звучат команды: 'Галоп!', 'Марш, марш!', - и первыми вылетают гусары. Именно вылетают, иначе это никак не назовешь: и кони и всадники будто мчатся по воздуху. У нас сейчас слово 'гусар' звучит несколько иронически - вроде: лихач, легкомысленный человек. Может быть, в памяти еще живы последние гусарские соединения, которые в общем-то служили для парадов, были несколько декоративными и нарочито лихими. Но то - последние в России гусары: лейб-гвардии гусарский и лейб-гвардии Гродненский полки. А первые гусары были хоть и быстры, отважны, но отнюдь не легкомысленны. Форма - да, очень декоративная и красивая: мундир (доломан) красный или синий, белые в обтяжку рейтузы (чикчири), на плечи наброшена обшитая мехом короткая курточка (ментик), короткие сапоги, высокий кивер или меховая шапка с султаном. И множество шнуров - и на доломане, и на ментике, и на рейтузах. Шнурки - дань венгерскому национальному костюму: ведь гусары появились впервые в Венгрии. И название их - венгерское: когда в 1458 году венгерский король Матвей Корвин решил создать особые отряды легкой кавалерии, он приказал представлять от каждых двадцати дворян одного вооруженного ополченца со свитой (повенгерски 'двадцать' - 'хус') и выдавал этому ополченцу жалованье (повенгерски 'жалованье', 'плата' - 'ар'). Так и получилось: 'двадцатый, получающий жалованье' - 'хусар'.
Нет, гусары не были легкомысленными (хотя, возможно, мадьярский темперамент и делал их несколько излишне рисковыми). Напротив - они были отличными воинами и в боях с турками так себя зарекомендовали, что их стали приглашать на службу в другие государства. А в XVI веке, когда венгерский князь стал польским королем, он взял с собой гусар. Однако гусары в Польше были иного типа: это была уже не легкая, а тяжелая кавалерия. Они носили латы, а за спинами у этих гусар имелись необычные украшения - крылья из гусиных перьев. (Кстати, иногда ошибочно считают, что именно от этих гусиных перьев и пошло название 'гусары'.) Однако эти крылья, как недавно выяснилось, были не просто украшениями: во время быстрого галопа они устрашающе гудели или выли, отчего и без этого необычная фигура всадника становилась еще необычнее и страшнее.

Гусары были и во Франции, и в Англии, и в Пруссии. В России (русские гусары, а не наемные) появились в 1650 году. Затем гусарские полки неоднократно расформировывали и создавали вновь.

Но в Отечественной войне 1812 года участвовало двенадцать гусарских полков, а в империалистическую войну их было в России двадцать.

Уланы были не так эффектны, как гусары. Поначалу они носили татарскую одежду, так как набирались в основном из татар. Потом уж стали формировать уланские полки из местного населения, а об изначальном их происхождении напоминали лишь квадратные шапки (позже - кивера) да само название 'улан', которое происходит от татарского 'оглан' - 'юноша'.

Гусары поначалу были вооружены лишь саблями. Потом у них появились карабины и пистолеты. Уланы были вооружены только саблями и длинными пиками. Улан было много в Польше - сначала наемных, а потом они стали формироваться из поляков и превратились в основную силу польской кавалерии. Даже в России был Польский уланский полк, сформированный еще при Павле I.

Но особенно много улан служило в наполеоновской армии. Это о них сказано у Лермонтова: 'уланы с пестрыми значками'. Пестрые, точнее, бело-красные - это цвета польского флага. Эти маленькие национальные флажки носили польские уланы, сражавшиеся в армии Наполеона, как им казалось, за свободу своей родины. Конечно, это была наивная вера, но тем не менее поляки шли во французскую армию, надеясь, что Наполеон возродит Польшу, разделенную между Австрией, Пруссией и Россией.

Уланы просуществовали в Польше до 1939 года, и большинство их погибло, атакуя в конном строю фашистские танки...

'Драгуны с конскими хвостами'. Это тоже из Лермонтова. Тут речь о французских драгунах. Именно они носили конские хвосты на касках. Русские драгуны имели на касках что-то вроде щеток. Но суть у этих украшений была одна - предохранять всадника от сабельного удара.

Драгуны были во многих армиях, в том числе и в русской. Но происходят из Франции. Французские драгуны на знаменах имели изображение дракона - по-латыни 'драко'. Это слово потом превратилось в 'драгуна'.

В отличие от гусар и улан, драгуны имели металлические жилетки - кирасы.

Еще более тяжелые жилетки-кирасы, к тому же и стальной шлем, носили кирасиры. Вес этой амуниции был ровно пуд - шестнадцать килограммов. Конечно, это не рыцарские доспехи. Но ведь рыцари могли только сидеть на лошадях - ходить не могли. И сами садиться на лошадь в стокилограммовом одеянии не могли. А когда выбитый из седла рыцарь падал на землю - подняться самостоятельно он не мог.

Драгуны и кирасиры - иное дело. Они появились как следствие совершенствования пехоты, ее тактики.

Так же, как когда-то рыцари шли в наступление клином, и это одно время считалось верхом мощи, так же, как когда-то легкая кавалерия врубалась в ряды беззащитных пехотинцев, и они ничего не могли поделать, и так же, как в свое время греки противопоставили кавалерии фаланги, а римляне - легионы, в XVIII веке против конников пехота стала применять боевое построение - ощетинившееся штыками каре (квадрат).

Каре оказалось неприступно для легкой кавалерии. Тогда появилась полутяжелая - драгуны и тяжелая - кирасиры.

Они были достаточно подвижны, чтоб вести бой с легкой кавалерией, и достаточно мощны, чтоб проламывать построения пехоты. А если надо - драгуны и кирасиры слезали с лошадей и вели бой в пешем строю.

Существовали еще кавалергарды. Эту кавалерийскую часть ввел Петр I для почетного конвоя Екатерины I в день ее коронования. Элитная рота - всего семь десятков человек, при ней - оркестранты с серебряными трубами и литаврами. Рядовыми там служили офицеры, офицерами - генералы.

Однако в 1800 году кавалергардов почему-то разжаловали, превратили в обычный гвардейский полк. И видимо, он-то и показал себя в битве с Наполеоном под Аустерлицем, описанной Л. Н. Толстым.

В русской армии происходили постоянные изменения - то была какая-нибудь военная реформа, то, по прихоти царя, гусары и уланы преобразовывались в драгун, потом снова восстанавливались эти части, то драгун преобразовывали в кирасиров, то кирасирские полки преобразовывались в драгунские и так далее. Но лошади оставались.

Это были уже не прежние малорослые лошадки, имевшие в холке 130 сантиметров. С рыцарских времен кони стали крупнее. Но у рыцарей они были не резвые, малоподвижные. В гусарских и драгунских, кирасирских и кавалергардских полках лошади были и высокие, и сильные, и резвые.

К сожалению, точно неизвестно, когда в России началось коневодство вообще и откуда изначально появлялись лошади в кавалерии: так случилось, что архив конного ведомства не уцелел - сгорел в 1737 году в Москве. Однако известно, что первый русский конный завод был основан еще при Иване III. При Иване Грозном большие конюшни существовали в Москве на Варварке, а при Петре I уже был издан указ от 16 января 1712 года: '...завести конский завод, а именно в Казанской, Азовской и Киевской губерниях'.

В 1732 году были учреждены специальные военные заводы, затем, с 1740 года, организованы заводы при полках. Потом эти заводы ликвидировали - организовали казенные конезаводы, которые с 1819 года разделились на гражданские и военные.

Там выращивались кони для кавалерии, отбирались по росту, подбирались по масти. А это, кстати, тоже имело большое значение - каждый полк, или рота, или эскадрон часто имел свою собственную масть лошадей.
И если когда-нибудь люди догадались бы устроить парад конников всех времен и народов, им много времени пришлось бы потратить на создание гусарских или драгунских мундиров. Но как бы они ни были хороши и живописны, как бы ни были красивы в этих мундирах всадники - зрители все-таки смотрели бы не на них, а на лошадей. Потому что трудно представить себе более прекрасное и более волнующее зрелище, чем мчащиеся во весь опор кони!

Юрий Дмитриев
 
КОНЕтоп Rambler's Top100 Rambler's Top100 top 10 AllBest.Ru SUDAR